Закон„сходства мнений"

У этого закона два аспекта. Первый.
Пример проявления и использования данного положения мы находим в недавней истории молодой Российской Федерации. 26 марта 1993 г. в Москве собрался очередной внеочередной IX съезд народных депутатов. Его основная цель — отстранить от должности президента России.
А накануне, в четверг, председатель Верховного Совета Р. И. Хасбулатов, с целью укрепления своих позиций, предпринял „макияжный" ход. Он поставил себе задачей произвести обворожение избирателей. Орудием осуществления намерений было избрано общенациональное телевидение.
„Я не вижу антиреформаторских сил в обществе", — сделал Хасбулатов комплимент сразу всему стопятидеся-тимиллионному населению России в манере провинциального конферансье, ласкающего зал дежурной репликой: „Я вижу, здесь собралась культурная, интеллигентная публика".
Желание понравиться спикер подкрепил пространными рассуждениями о тяжких, по его мнению , последствиях „шоковой терапии", о нищете народа и всеобщей неуверенности в завтрашнем дне. После чего совершенно логично выглядели вопросы, которые, с точки зрения председателя парламента следует вынести на референдум. Сначала: „Довольны ли вы своим жизненным положением? Хотите ли продолжения „шоковой терапии"? А затем
— вопрос риторический, предрешенный: „Хотите ли вы продолжения политики президента?"
Второй.
Я бы определил эту закономерность как „парадокс привлекательности". А ведь в такой „вилочке" можно оказаться и по необходимости!
Возьмите, к примеру, учительское поприще или преподавательский труд. Наблюдение Сократа: „Никто не может ничему научиться у человека, который не нравит-ся       высвечивает здесь все, что называется, от А до Я.
Ведь, по существу, получается, что для „того", чтобы учить, надо непрерывно зависеть от обучаемых, „подходить" к ним, приноравливаться, подыгрывать.